Позднее опубликовали официальный ответ компании UFG, в котором управляющий партнер компании Полина Герасименко рассказала, что Мишустин заработал $33,5 млн благодаря участию в бизнесе UFG, где он в 2008–2010 гг. был одним из партнеров.
Источники попытались разобраться, что из себя представляла UFG, когда в компании работал Мишустин, и как он мог заработать такие деньги в инвестиционном бизнесе.
Чем занималась UFG перед приходом Мишустина
В UFG Мишустин пришел в 2008 г. с должности руководителя Федерального агентства по управлению особыми экономическими зонами. В компанию его привел знакомый по совместной работееще в начале 90-х гг.в «Международном компьютерном клубе» Борис Федоров. Когда Федоров в 1998 г. возглавлял Государственную налоговую службу, Мишустин был его помощником по информационным системам контроля за поступлением налогов.Сумма сделки не называлась, но знакомые с ее участниками люди рассказывали, что банк выкупил 60% «ОФГ-инвест» исходя из общей оценки компании в $700 млн.
Первым был UFG Private Equity Fund, а в июле 2007 г. UFG сообщала, что завершила формирование фонда, ориентированного на иностранных инвесторов, для вложений в российскую недвижимость (его размер – $150 млн). Собеседник близкий к UFG, рассказывает, что в первые фонды вкладывались в основном сами партнеры, другие менеджеры компании и те, кто раньше работал с UFG – на их долю приходилось около 70% капитала. «Мы не бегали по миру за инвесторами. Вложились друзья и клиенты ОФГ», – рассказывал Федоров. Сам Федоров, например, был главным инвестором UFG Private Equity (он с партнерами собирался вложить в него 80% из планируемых $250 млн), писал Forbes в 2006 г. А Райан в интервью «Ведомостям» рассказывал, что его личные деньги есть во всех фондах UFG.
Чем занимался Мишустин в UFG
За инвесторами все же пришлось побегать. Федоров пригласил в компанию Мишустина как раз для того, чтобы тот занимался привлечением сторонних инвесторов, рассказывает человек, близкий к UFG. В каких-либо сделках, связанных с инвестициями фондов UFG, Мишустин не участвовал, вспоминает знакомый топ-менеджеров UFG.Часть их долей UFG впоследствии выкупила, а от остального они получают пассивный доход, говорит человек, близкий к UFG.
Почему UFG платила Мишустину после его ухода
В 2010 г. Мишустин вернулся на госслужбу: он стал руководителем Федеральной налоговой службы. Тогда же была сформирована цена выкупа его долей, утверждают собеседники. Доли оценивались разными методами. По отдельным активам была договоренность выплачивать стоимость долей в течение шести лет. Там, где оценить долю было слишком сложно, проводилась независимая оценка. А затем, по мере того как фонды зарабатывали комиссию за успех, партнеры из этих средств платили суммы выкупа, объясняла Герасименко.Владлена Мишустина получала доходы от траста UFG, писал РБК со ссылкой на Герасименко. Источники ознакомились с декларацией Михаила Мишустина на сайте ФНС, которую он подавал как руководитель службы. Задекларированный доход его супруги составлял 17 млн руб. в 2010 г., 60,8 млн руб. – в 2011, 73,4 млн руб. – в 2012.
В 2013 г. ее доход резко вырос до 149,4 млн руб. Исходя из среднегодового курса доллара к рублю за каждый их этих лет, общая сумма задекларированного дохода составляет примерно $11 млн ($11,55 млн, по данным Герасименко).
Во что инвестировала UFG при Мишустине
Вот что рассказывал партнер компании Чарльз Райан об инвестициях одного из фондов UFG в интервью в апреле 2010 г.:– Пока мы проинвестировали $100 млн. Заключили четыре сделки. Мы купили долю в компании «Яндекс»… Мы инвестировали в «Яндекс» $25 млн, купив очень небольшую долю в компании. Потом, в декабре 2009 г., мы купили компанию Rising Star Media, которая управляет сетью кинотеатров «Киностар». Это была очень удачная сделка.
Лучше быть счастливым, чем умным: кто же знал, что «Аватар» станет такой сенсацией в кинопрокате, и, как оказалось, мы выбрали очень хорошее время для покупки компании…
Третья сделка фонда – это новая компания «Русские башни», которая будет заниматься строительством телекоммуникационных башен и сдавать в аренду место на башнях для сотовых операторов. И последняя на сегодняшний день сделка – это доля в компании «Энфорта». Это региональный телекоммуникационный оператор – в основном для корпоративных клиентов в сфере среднего бизнеса в регионах Российской Федерации.
![Подписывайтесь на наш канал](/uploads/yandex-zen-cgr.jpg)
Как должен был поступить Мишустин
«Это набор допущений, которые все равно невозможно проверить, – скептичен заместитель гендиректора «Трансперенси интернешнл – Россия» Илья Шуманов. – UFG не раскрывает отчетность фондов, Федоров умер, документальных подтверждений передачи его доли Мишустину (в открытом доступе)нет».Шуманов считает, что на должности руководителя Федеральной налоговой службы у Мишустина мог быть конфликт интересов: UFG расплачивалась за его долю в бизнесе несколько лет в то время, когда он возглавлял фискальный орган, контролирующий в том числе этот бизнес. «Мишустин должен был создать слепой траст, куда передал бы активы, связанные с UFG, или декларировать доход от них даже пока траст был у супруги и родственников», – считает он. Партнер TA Legal Consulting Иван Тертычный возражает: в России законодательство не позволяет создавать слепые трасты, единственная альтернатива – это закрытый паевой фонд.
«По логике «Трансперенси», люди из бизнеса из-за возможного конфликта интересов вообще не имеют права переходить на госслужбу», – считает человек, близкий к окружению Мишустина. Он настаивает, что закон не был нарушен, так как доходы траста декларировались, а при приходе на госслужбу Мишустин проинформировал руководство о наличии у его семьи траста и доходов от прежнего бизнеса. Кого информировал Мишустин и в какой форме, собеседник не уточнил.
«Трансперенси интернешнл» этого недостаточно. «Единственная возможность, чтобы к Мишустину не было никаких претензий – отказаться от предложения возглавить ФНС, пока он не получит все деньги за свою долю в компании», – категоричен Шуманов.