Последние новости

23:40
От «Крокуса» до исполнительного листа: зачем ФССП взялась за миллиардера Араса Агаларова
23:26
Казань перегнула? Как международные амбиции Минниханова вывели Кремль из себя
23:20
Москва — Оренбург: как спецслужбы выдавливают азербайджанскую мафию с двух фронтов
22:30
Миллион за статус: как московский чиновник Хлестов пытался купить «боевой опыт» через отряд «Барс»
17:00
Герасимову выставили ультиматум: зачем Кремль ищет замену главе Генштаба — и кто может его сменить?
16:00
Домодедово под налоговым прессом: как через Калининград стартовала зачистка активов Каменщика
14:00
Девелопер под угрозой: почему ПИК тонет в долгах — и кто управляет компанией из тени?
13:23
29 миллиардов и 'открытое окно': почему дело Цаликова может стать точкой невозврата для Минобороны и МЧС
13:00
Миллиарды на агитацию и недвижимость: кто и как финансирует политические партии в России
12:00
1 миллион за зачет и ‘двойка по заказу’: как декан Сардарян превратил МГИМО в теневой механизм обогащения
11:00
Кто скупает остатки Ростеха? Распродажа активов института Громова уводит имущество к людям Чемезова
09:00
Мусорные миллиарды и старая схема: кто пытается вернуть контроль над ТКО на Урале — и зачем?
22:39
Кто заменит Слуцкого? В ЛДПР начался передел власти — и история с Ниловым лишь первая трещина
20:23
На 95 тысяч дотаций — и часы за миллиард: как Чечня живёт на деньги Москвы, оставаясь одной из беднейших республик
19:00
Добряков уходит: как катастрофа SSJ-100 и конфликт с Минпромторгом подорвали позиции замглавы Росавиации
18:00
Ушёл тихо, но с обысками: почему отставка Магомедова — это не просто финал чиновника, а сигнал о демонтаже старой системы в Дагестане
17:00
Подпиши — или лишишься мандата? Почему выборы в Чувашии превращаются в кампанию давления и мобилизации
16:24
От угроз к покаянию: зачем Соловьёв снова лезет в Баку — и кто напомнит ему про извинения в прямом эфире?
16:20
Что потеряет Баку, если Москва перекроет кран: готовы ли в Азербайджане к разрыву экономических связей с Россией?
16:00
Теневая вертикаль МВД Ингушетии: как 1,2 миллиарда исчезли под видом премий — и кто прикрывал схему?
12:00
1,8 миллиарда на паузе: кто срывает реконструкцию парк-отеля в Пензе и зачем «Корпорация туризм РФ» тянет проект на дно?
11:00
15 миллиардов в воздух: почему сорвался проект «Екатеринбург-Юг» и что теперь делать с мусором в регионе?
10:00
Кто стоит за «УКИКО»: почему управляющая компания из Подмосковья собирает деньги с Челябинска — и остается безнаказанной?
09:30
Задержание ни о чём? Как силовики шумно брали главу диаспоры — и отпустили без обвинений
09:01
Как капремонт на Ямале подорожал на 270% — и почему суд решил, что всё в порядке?
17:30
«Парус» рискует потерять ценный участок бывшего Пензенского велозавода: Росимущество требует аннулировать сделки
16:00
Суд в Уфе расследует коррупционные схемы в госзаказах: на скамье подсудимых чиновники и экс-глава УС-3 ФСИН
15:06
Общественность Краснодара критикует генплан: возможные нарушения прав землевладельцев и многодетных семей
14:14
Скандал с Амираном Торией: как бывший сотрудник Росздравнадзора помогает иностранным производителям медицинских изделий обходить проверки
13:11
Группа «Курганстальмост» пытается взять под контроль банкротство «Комбината КСТ», заявляя многомиллионные претензии по подрядным договорам
Все новости

В деле бывшего министра Михаила Абызова нашли нестыковки

Новости
2 957
0

В 2015 году Генеральная прокуратура проверяла тогдашнего министра по делам открытого правительства Михаила Абызова на наличие скрытого имущества, однако нарушений не нашла. При этом сейчас ведомство настаивает на сокрытии Абызовым владения с 2012 года пятью кипрскими офшорами, через которые он незаконно управлял «Сибирской энергетической компанией» (СИБЭКО). Нестыковки в деле экс-министра нашел его адвокат Юлий Тай, передает РБК.

Скажи беспределу - НЕТ!

Защитник рассказал, что Абызов подробно раскрывал государству свое владение офшорными компаниями. В 2015 году Альфа-банк пожаловался президенту России Владимиру Путину на наличие у госслужащего скрытого имущества, однако Генпрокуратура и правительство не нашли нарушений. После этого, по данным РБК, вопрос был закрыт.

Сейчас же в иске прокуратуры говорится, что Абызов, будучи советником президента и затем министром, скрывал от контролирующих органов свое участие в капитале нескольких компаний. Речь идет о пяти фирмах, учрежденных в 2007-2009 годах, между которыми была распределена доля Абызова в СИБЭКО: это Vantroso Trading Ltd, Lisento Investments Ltd, Besta Holdings Limited, Kullen Holdings Limited и Alinor Investments Limited. Все они являются соответчиками по иску.

Подписывайтесь на наш канал

Генпрокуратура считает, что экс-министр «запрещенными способами» управлял компаниями через доверенных лиц и «теневые офисы» на Кипре и в России, скрывал их от контроля и «обогащал себя за счет их эксплуатации в период нахождения у власти». При этом в своих ежегодных справках о доходах он указывал, что является акционером лишь двух российских компаний: «РУ-Ком» и «Промышленные технологии» и что его доли в них отданы в доверительное управление.

В апреле 2017 года, по версии ведомства, Абызов решил продать свою долю в СИБЭКО и, «используя свой статус и авторитет министра», «лично и через доверенных лиц» провел соответствующие переговоры. Средства от продажи акций (32,52 миллиарда рублей) поступили на счета пяти кипрских компаний, открытые в Совкомбанке. Затем часть этих денег была вложена в немецкие гособлигации, что, как считают в прокуратуре, является попыткой скрыть их коррупционное происхождение.

Адвокат пояснил, что в декларациях о доходах Абызова не значились кипрские компании, поскольку они не принадлежали ему напрямую, а по цепочке контролировались его компанией «РУ-Ком». «Чиновник должен сообщить, что ему принадлежат, например, акции "Роснефти" или "Газпрома". Но он не должен и не может указать сотни дочерних, внучатых, правнучатых компаний, принадлежащих "Роснефти" и "Газпрому", в том числе потому, что он их зачастую просто не знает и не может знать», — отметил Тай.

По его словам, то, что СИБЭКО опосредованно принадлежала Абызову через «РУ-Ком» и еще несколько звеньев, не было ни для кого секретом.

Михаила Абызова и его 11 подельников обвиняют в создании организованного преступного сообщества (ОПС) и хищении с его помощью четырех миллиардов рублей. По версии следствия, создавали ОПС сам Абызов, гендиректор группы «Ру-ком» Николай Степанов и его заместитель Максим Русаков. В 2012–2014 годах Абызов, владея несколькими офшорными компаниями, вместе с сообщниками убедил акционеров СИБЭКО и «Региональных электрических сетей» (РЭС) купить у них акции четырех компаний по завышенной цене. Ущерб от сделки составил четыре миллиарда рублей. Никто из обвиняемых вину не признал.

0 комментариев

Ваше имя: *
Ваш e-mail: *
Код: Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите код: